"Левша КГБ": судьба удивительного человека

"Левша КГБ": судьба удивительного человека

Обратимся к судьбе удивительного человека, которого в его родной Испании во вполне официальной правительственной публикации называли «левшой КГБ». Речь о том, кто 70 лет назад, в ноябре 1949 года, в составе московского «Торпедо» стал, как бы мы сказали сегодня, первым легионером-обладателем Кубка СССР по футболу. Звали его Агустин Гомес.

Из тех, кто с ним играл, сейчас остался только Никита Симонян, олимпийский чемпион, заслуженный мастер спорта СССР.

— Сверхкорректным игроком был, — рассказывает Симонян.

— Джентльменом?

— Джентльменом, который играл только за счет своего мастерства, за счет класса. Об Агустине можно сказать, что он — интеллигент в жизни, интеллигент на футбольном поле.

— Он же еще небольшого роста был при этом?

— Да, но он был очень прыгучий. Снимал мячи верховые.

Откуда Гомес был такой? Из Испании. Вот его фото среди детей Страны Басков, которых эвакуировали в СССР подальше от гражданской войны. В сегодняшней Испании некоторые задают вопрос, а имел ли СССР право забрать тех детей. Но здесь их окружили максимальной заботой, хотя, конечно, жить они стали советской жизнью, становясь гражданами СССР.

У завсегдатаев спортивного бара в баскском городе Толоса, где Гомес при мистических обстоятельствах «всплыл» в 50-х, на то время — взгляд однозначный. «Мы должны быть вечно благодарны России за то, что она спасла тех детей из-под фашистских бомбежек», — считают они.

Кто привел нас в тот бар, а потом водил по водил по родной для Гомеса испанской Стране Басков? Тот, кто знает толк во многих языках, — Альгис Арлаускас. Как актер он много играл в фильмах советского времени, потом стал режиссером, но недавно вновь сыграл — советского генерала и в одном испанском фильме. Почему в испанском? Отец у Арлаускаса — литовец, а мать — такая же, как футболист Гомес, беженка-испанка, дитя войны.

Испанцы, воспитанники интернационального детского дома в Обнинске, собрали тогда футбольную команду. Гомеса очень скоро приметили и профессиональные московские клубы. Но дальше была уже наша война — Великая Отечественная, во время которой мать Арлаускаса и футболист Гомес были зачислены в спецшколу Коминтерна в башкирском Кушнаренкове, школу военно-политическую, но и диверсионно-разведывательную.

«Они обучались бросанию гранат, стрельбе. И это была серьезная школа подпольщиков с элементом разведывательной работы», — пояснил Альгис Арлаускас.

Первый триумф Гомеса в футболе — Кубок СССР 1949 года.  Историк московского «Торпедо» Владимр Ергаков. И он не исключает, что на поле Гомесу помогали именно разведывательные навыки.

— Они поменялись и футболками, и позициями на поле и тем самым ввели в заблуждение динамовских защитников, — отметил Ергаков.

— Но все по правилам?

— По правилам.

Но что же Гомес делал между возвращением в большой футбол и окончанием разведшколы на пике войны? Вот тут начинаются загадки. На одном из фото — мама Арлаускаса и много других, как их называли, «совиспанцев», студентов Московского энергетического института. Туда же в 1943-м поступил и Гомес. Но почему же его нет на этом фото? С ректором МЭИ Николаем Рогалевым смотрим его личное дело. И деле — только восемь листов. Остальные изъяты в 1959 году.

О предыдущей учебе — только про техникум в эвакуации.

— Он никогда, может быть, случайно не упоминал, что учился в спецшколе Коминтерна на диверсанта и разведчика?

— Ни словом. Поэтому о таких говорят, что он был настоящий, если он действительно был разведчиком, из которого не выжмешь ни одного слова, — сказал Никита Симонян.

В еще одном деле в архиве Коминтерна про Гомеса написано, что в 1944-м он стал массовиком-затейником. Это трудно объяснимое попадание советского гражданина, военнообязанного, выпускника спецшколы Коминтерна Агустина Гомеса посреди войны сначала в студенты, а потом в массовики затейники интересным образом совпадает с одной известной операцией советской разведки, когда группа из трех советских разведчиков, испанцев по происхождению, была в 1943 году через Францию направлена в Испанию. Не был ли Агустин Гомес одним из них? У нас есть их фотографии. Давайте-ка проверим эту версию.

Операцию «Оранж» советское НКГБ проводило в рамках схемы «Ледоруб», которую осуществляло с британской службой саботажа и диверсий SOE. Фотографии — из Национальных архивов в Лондоне. Но как ни вглядывайся, не один из этих людей на Гомеса не похож. Где же тогда был он? Ну, не в массовиках же затейниках?!

— Никита Павлович, а что вы знаете о том, что Агустин Гомес делал во время войны, у вас с ним были разговоры на эту тему?

— Я ничего не знаю, — признается Симонян.

— Потому что он ничего не говорил?

— Агустин был скрытный человек. Рот на замке.

«Есть период, когда мы не знаем, где он был, вероятно, он участвовал в каких-то даже военных действиях», — отметил Альгис Арлаускас.

«Какие-то протоколы матча сохранились, какие-то — нет, но из протоколов видно, что вот он выступал в „Торпедо“ с 1947-го по 1956 годы — с перерывом в полтора сезона», — сказал Владимир Ергаков, хранитель истории «Торпедо».

Куда он пропал на полтора сезона?

— У него была как бы служебная командировка по линии Компартии Испании, — пояснил Ергаков.

— То есть такая параллельная жизнь?

— Да, он был вынужден пропустить сезон за «Торпедо».

— Выполняя какие-то особые поручения в Испании, где у власти был Франко?

— Да.

«То, что я знаю об Агустине Гомесе, великом футболисте, капитане „Торпедо“ и члене олимпийской сборной футбольной России в 1952 году в Хельсинки, что в Испанию он был заброшен не с разведывательной деятельностью, а с чисто политической подпольной деятельностью человека, который создавал ячейки подпольные Компартии во время франкизма», — рассказал Альгис Арлаускас.

На самом деле советская разведка и зарубежные Компартии часто шли по одним тропинкам истории. Но в СВР нам подтвердили: Гомес — все-таки партиец. А командировка в Испанию у него, похоже, задалась. В 1956-м он уезжает из СССР уже, как мне кажется, навсегда.

— Интересный факт, если советский гражданин, а Гомес, я так понимаю, был советским гражданином, — отметил Владимир Ергаков.

— В 1940 году — советское гражданство, я видел документы.

— Если советский гражданин уезжал на ПМЖ или являлся невозвращенцем, то все спортивные награды, регалии отбирались.

— А Гомес?

— Он — единственный заслуженный мастер спорта, звания которого не был лишен.

Потому что ехал уехал он с заданием. Редчайшие кадры хроники: в Испанию пребывает первый пароход с беженцами времен гражданской войны, которым диктатор Франко позволил вернуться на родину. Среди них — Гомес, у которого есть возможность внедриться.

— Когда они ехали на пароходе, то, приближаясь к Испании, они получили новость, что «Реал Мадрид» заинтересован в том, чтобы такой легендарный футболист играл в его составе. Но когда они сошли с корабля и начались первые допросы, люди стали указывать пальцем на тех, кто были особенно красными, особенно коммунистом, а у него были ордена, полученные в Кремле, он был членом олимпийской сборной, — отметил Альгис Арлаускас

— Заслуженный мастер спорта СССР.

— Да. То есть на него указали пальцем как на слишком подозрительного человека, слишком связанного с советскими властями. И «Реал Мадрид» — как известно, это клуб Франко, с правыми политическими традициями — от него отказался. Агустин Гомес без работы, без связей, отказавшись от славы советского легендарного футболиста, появился в этом мире и вдруг начал работать здесь как тренер.

— Вы что-нибудь знали о его судьбе в Испании?

— Нет, знал только одно, о чем мы и говорили, что он играл за испанскую команду, но публика устраивала ему обструкцию, — вспоминает Никита Симонян.

— Кричали «коммунист», «масон» даже кричали.

— Да.

— Даже в наше время играть в 34 года сложно. И он вышел на поле и, вероятно, не очень хорошо играл. Но слух-то по Мадриду прошел, что он играл в Москве, был капитаном «Торпедо», — сказал Альгис Арлаускас.

— И что кричали с трибун?

— Стали кричать: «Покатайся на танке по Венгрии! Где ты научился играть?»

В итоге Гомес уезжает из Мадрида на «малую родину», в ту самую Страну Басков, где тренирует местную футбольную команду «Толоса». Но одновременно возглавляет подпольный комитет местной Компартии и явно становится непереносимым для диктатуры Франко.

«Его схватывают, бьют, разбивают ушную перепонку, и он остается глухим до конца жизни. Несмотря на то что он охраняем и находится в Мадриде, благодаря своей спортивной подготовке, воле и, видимо, подготовке в специальной школе подпольщиков, которую получил на Урале во время войны, он умудряется убежать», — рассказал Альгис Арлаускас.

Сан-Себастьян. Где-то здесь Августина арестовывают, пытают, помещают в тюрьму. Он бежит, пересекает французскую границу, но отправляется не в Советский Союз, а в Южную Америку.

Что он делал в Венесуэле остается загадкой до сих пор.

«Я думал, что он сразу вернулся в Россию. По крайней мере, жена в парике и дети, два маленьких ребенка, под чужими именами пересекают границу и уезжают в Россию. А вот он не сразу появился в России. Это для меня был сюрприз на самом деле», — подчеркнул Альгис Арлаускас.

Когда он все-таки вернулся в СССР, то стал ходить на футбол.

«Агустин приезжал, мы с ним встречались, смотрели игру. У нас были добрые, хорошие взаимоотношения», — вспоминает Никита Симонян.

Все опять изменилось в 1968-м. СССР вводит танки в Чехословакию. Испанская Компартия это решение не поддерживает. А Агустин Гомес — да. За это его из Компартии исключают. Для него это было ударом.

«Он ушел из жизни довольно рано», — сказал Никита Симонян.

Ударом это было и для мамы Альгиса Арлаускаса. «Моя мать не дожила 5 лет до падения Берлинской стены, и слава Богу, потому что она не поняла бы все, что происходило. Ее это могло убить морально, эта ситуация, когда разваливается советский блок, когда исчезает Советский Союз. Для них это просто конец света был», — отметил Арлаускас.

Взгляды этих людей нам уже не понять. Но они, взгляды, убежденность, верность идеям, были. А это, согласимся, вызывает только уважение.

16:00
4
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...